О проекте «Мои клоуны»...

Беседовала Т.С.Кузютина.

Т.Кузютина Мы находимся в резиденции театра «Диклон» в Новом Петергофе. На стенах висят портреты клоунов – это актеры театра. Здесь, вдали от городской суеты, как будто остановилось время, и начала разворачиваться новая история фантастической жизни существ в масках и клоунских костюмах.
История театра «Диклон» начиналась в Петергофе. Это был совсем другой театр. Вот я держу в руках черно-белую фотографию: человек в черном, снятый со спины. Хочется назвать эту фотографию портретом. Красивая посадка головы, благородная осанка. Но лицо человека скрыто от зрителя. Таков «Диклон» вначале – ритуально-мистериальный театр.
Представляется: вот я пытаюсь заглянуть в лицо фигуры в черном. Человек оборачивается: вместо лица маска клоуна.

Ю.Кретов Да, к нам пришли клоуны. Два года назад меня спросили: «Юрий, в театре полный развал, а у тебя горят глаза». Я ответил: «К НАМ ПРИШЛИ КЛОУНЫ!» И мы начали проходить через маски. Когда-то я думал, что маска – довольно странное явление, которое будет тормозить нас. Честно говоря, я масок очень боялся. И когда мы впервые надели маски, стало понятно – чего. Мы обнаружили себя в виде монстриков. Когда же тайна приоткрылась, я был удивлен: эти самые монстрики, которые казались клоунами, были теми самыми сторожевыми псами, которые нас не подпустили к клоунам. Но когда мы прошли через них, мы явили потрясающих очаровашек - клоунов. О подобной красоте клоунов даже не мечталось. Я стремился подойти к маске Славы Полунина. Но когда обнаружились наши маски, я увидел, что его маска не интересна для меня. По-прежнему я Полунина Славу очень люблю, ибо по-прежнему он является авторитетом в мире клоунады. Но мой клоун забрал меня целиком.
Меня удивило больше всего другое. Из этих черных фигур, «одиноко шествующих к цели» в каждом спектакле, клоуны не пустили к себе практически половину актеров театра. То есть клоуна, развернувшись лицом, обнаружил каждый второй. Вот это для меня более всего удивительно. То есть, та тайна, к которой я шел, вот она обнаружилась так.
Когда-то, когда мы шествовали в тех самых черных одеяниях, являли из себя что-то потрясающее, будоражившее нас – совершенно другое преломление мира, отношение к этому миру. Это преломление мира потрясало нас, и я помню тот самый Диклон, начало, который я до сих пор не могу забыть, и который до сих пор меня держит. Диклон, который впоследствии явил другое свойство и другое особенности, коснувшись, Сальвадора Дали. До спектаклей о Сальвадоре Дали я задавал себе вопрос, каким образом мы обнаружим цвета? Спектакли о Сальвадоре Дали - «Синий», «Оранжевый», «Красный» - решили эту проблему.
Когда же мы развернулись совершенно к зрителю - явились клоуны. Таким поразительным образом, что не дают мне ни дня покоя, держат меня, чуть ли не 24 часа в сутки. Дело в том, что внутреннее отражение этой маски создает иногда такие фантастические состояния настроения, которые, трансформируясь через психику, являют свойства отношения к миру, о которых я никогда не подозревал. Пожалуй можно сказать, что клоуны прияли нас в социум с другой стороны. И нас сразу же приняли.
Интересно, что театр существует сейчас в двух составляющих: интерактив, когда мы выходим в толпе на улице и получаем от общения огромное удовольствие, и толпа переживает вместе с нами счастье (это для меня сейчас самая высшая похвала, которая может быть), и спектакли, которые у нас обнаруживаются так, как это было до прихода клоунов. Но я впервые не сожалею о тех в нашем театре, которых клоуны не пустили к нам. И не пустили, в первую очередь, через этих сторожевых псов: маски. Маски, первое, что останавливает человека, который мечтает или желает стать клоуном. Маска! И если человек просачивается через маску, обнаруживается клоун. Причем это не абстрактная идея, а реальность. Самое большое, что я получил за последнее время, после того как у меня появился клоун, - совершенно ушла раздражительность, состояние апатии. Из меня ушло состояние, когда повседневность становится серостью. Я запомнил совершенно потрясающую картину ранним утром в Петергофе: в апреле над участком была низкая облачность. И летели над нами огромные косяки гусей. Это состояние настолько меня захватило, что я долго не мог уснуть. Это состояние держало меня – я уже был с клоунами, я уже сам был клоун. И когда осенью косяки гусей пошли в обратную сторону, я переживал не менее сильное состояние. Но опять меня будоражил мой клоун. Клоун, который привел с другой стороны к социуму.
Я часто вспоминаю ребят, которые были со мной в первых двух театрах Диклона, но клоуны – это уже совсем другая история, и вход сюда – совсем другой. И тех, кто сейчас со мной остаются, я люблю. И мне до жути интересно каждый день быть с ними.

Т.Кузютина Что трансформируется через психику? Какие «состояния настроения»?

Ю.Кретов Мы никогда не контролируем свой сон. Но то, что приходит из снов, провоцирует в нас состояния. Либо кошмарной жути, либо потрясающего ощущения мироздания. «Солнечный клоун» – это явление света. А свет всегда несет радость. И «солнечный клоун» несет радость отношением к миру. Парадоксально выражает себя, провоцируя мелочи, которые все время держат.
Однажды я вышел из машины, навстречу шла девушка. Вдруг захотелось ее обнять. Я подумал: «Боже мой! Я же не в маске! Меня же примут за сумасшедшего». Моя маска уже дает мне право. Но я подчеркиваю: моя маска, а не маска вообще. Потому что всякий человек, надевший маску, рискует обнаружить в себе монстра, но никак не клоуна. Маска являет в себе клоуна, потому что огромное количество черт лица или конструкции черепа не создают возможности обнаружить клоуна сразу. А только пройдя через маску, как через некий аспект не то ворот, не то дверей каких-то. Но если человек проходит, то это действительно клоун. Поэтому я понимаю тех ребят, которые не прошли через это. Ну, что делать, такова жизнь.

Т.Кузютина Что вы называете клоунами? Вы сюда вкладываете нечто большее, чем жанровое обозначение.

Ю.Кретов С моей точки зрения клоун это джокер, существо, принимающее любую масть, или любой закон игры. Для того, чтобы человек увидел себя как кто он есть, нужно показать его оборотную сторону. Его сокрытые моменты. А в чем сокрытые моменты любого человека? В озорстве, оставшемся из прошлого. Ведь самые сильные состояния мы переживали в детстве. Но к этим состояниям мы можем вернуться искусственно, обнаруживая память. Клоун оставляет в любом человеке ассоциативность детства. Любой ребенок, глядя на яркие цветные пятна, ассоциирует внутри себя. И через много лет эта ассоциативность может вызвать у него реакцию. Причем примерно в девяноста случаях, это очень положительная реакция. И только где-то у десяти различные сложные чувства. У кого-то слишком отрицательные, у кого-то ассоциативность галлюциногенного характера, у кого-то еще как-то. Но это обычно десять из ста. Во всяком случае, это то, что я увидел, работая в тех интерактивах, в которых мы постоянно принимаем участие. Я уже не понимаю, что будет более интересно: быть с толпой или быть на сцене? Это решит время, где мы более интересны. Когда-то Слава Полунин мечтал об уличном театре. А я удивлен, почему мы начали с улицы? Мы начали с интерактива. Я не говорю, что мы явили уличный театр. Лишь задаю себе вопрос: почему мы начали с улицы? Для меня это загадка. Клоуны начались с улицы, а не со сцены.

Т.Кузютина О каких клоунах вы говорите?

Ю.Кретов Я говорю о клоунах театра «Диклон». Кроме клоунады сейчас нас ничего не интересует. Эта остаточная составляющая и есть ниша клоуна. Клоуны не подвержены действию времени. В драматическом театре есть временная фаза у каждого актера, у клоунов ее нет. Клоун может оставаться на сцене пока держат ноги. А если не держат, он может ползать. И при этом ползающий клоун, у которого от старости уже просто не работают ноги, может казаться ребенком и может так же обнаруживать неожиданности, о которых мы даже не подозреваем. Когда-то мне чудилось, что это так. Но то, что это на самом деле так, для меня это тоже полная неожиданность.

Т.Кузютина Можно ли сказать, что клоуны в себя вобрали три аспекта трех фаз театра «Диклон»: мистериальность первых спектаклей, марионеточность «Играющего мальчика» и игровую природу «Снов и реальностей Сальвадора Дали»?

Ю.Кретов Однажды я увидел на одном из спектаклей в Москве, что Сальвадор это тот самый клоун. Мне была интересна лирическая парадоксальность такого клоуна, такого Сальвадора Дали. Лирика может быть парадоксальной и не парадоксальной. Но то, что в парадоксальности есть лиричность, меня очень тогда удивило. Меня всегда удивляет, огромное количество составляющих факторов, которые привели и отвели. Даже наш директор жалуется, что ей без конца снятся клоуны. Значит, внутри мы каким-то образом заряжаем окружающую среду и, особенно, близких людей. Для меня это очень серьезный показатель.
Когда-то в ЦПКиО Слава Полунин организовал фестиваль клоунов. Я запомнил две группы: «Птицы с юга» и «Маски-шоу». «Птицы с юга» были тривиально жалкие, меня это даже немножечко покоробило. Но как меня очаровали «Маски-шоу»! Это было чудо. Через год повторилась акция. И я был невероятно удивлен: «Птицы с юга» - бесконечное очарование. Меня поразило, что они в чем-то превосходят «Лицедеев». А «Маски-шоу» меня настолько огорчили, что я до сего дня не могу от этого оправиться. Я думаю все эти годы: что же произошло? То, что сразу и ярко далось «Маскам-шоу», то они потеряли буквально сразу же. А четыре клоуна «Птицы с юга» шли от некоей ерунды, от некой жалкости к той самой магии театра, которую через год и явили. Этот случай стимул для меня, подсказка, что ни в коем случае нельзя отступать от того, что приходит как дар. И я еще раз благодарен тому, что я оказался в числе ребят, которые прошли через клоунов. И, возвращаясь на сцену, я очарован своим клоуном. Он повел меня не только в искусстве, но и по жизни.

Т.Кузютина Вы рассказывали о своем интересе к природе одаренности, таланта, гения. Рассказывали, как этот интерес привел вас сначала на тайную экскурсию в кабинет Г.А.Товстоногова, близкое знакомство с которым превратилось в дружбу. В его доме у вас были даже свои личные тапочки. Откуда же у вас интерес к клоунам? Клоун, как задняя мысль?

Ю.Кретов В шесть лет. Мы играли, и я впервые узнал, что клоун, это когда одна штанина одного цвета, а вторая другого. И ботинки должны быть разные. Ассоциативность пришла оттуда. Но когда я увидел, что клоун несет дух, и дух такой силы, что вокруг этого объединяются и зрители, и зрительский интерес, меня это совершенно поразило.

Т.Кузютина Значит, эта задняя мысль родом из детства?

Ю.Кретов Да, она родом из детства. Другое дело, в какой момент это начинает проявляться и в силу чего. С этим надо разбираться.

Т.Кузютина Когда вы начинали театр «Диклон», вы думали о клоунах, о масках?

Ю.Кретов Вначале мы назывались «Пестрый колпак».. А слово «Диклон» пришло позже. Наверно любой артист, который желает посвятить свою жизнь этому роду искусства, задумывается, о том, что такое клоун. И сначала выстраивает его для себя. Я не выстраивал ничего. Я понял, что рано или поздно приду. Рано или поздно!

Т.Кузютина Вы говорили, рано или поздно придете к марионеточному театру. Клоун имеет отношение к марионеточному театру?

Ю.Кретов Если рассмотреть сам термин «марионеточный театр», можно обнаружить ряд аспектов довольно странных. Дело в том, что вся природа дочеловеческая – марионеточна. В силу своих рефлекторных свойств. Клоун марионеточен по отношению к тому закону игры, который он принимает. По отношению к тем связям игры, которые включаются.

Т.Кузютина Откуда родом эти законы и связи?

Ю.Кретов Из природы.

Т.Кузютина Из природы или из социальной природы, человеческой природы?

Ю.Кретов Дочеловеческой природы. Дочеловеческой природы. В человеческой природе они в полной мере явили себя. Но они существуют и в дочеловеческой природе. Любые щенята, котята, цыплята, галчата, грачата играют так потрясающе, как никто другой. И там же не ставится вопрос: правда или неправда, честно или не честно. Они играют так, как они играют.

Т.Кузютина Ваши клоуны - горожане. И вдруг – «дочеловеческая природа»?

Ю.Кретов Природа любого человека, несет в себе природу физиологической составляющей и природу психологической составляющей. Это смешивается в такую фантастическую взаимосвязь! Кто-то поразительно играет в театре. А кто-то не может отойти от своей внутренней социальной связи и поэтому не доверяет свой природе. Здесь нет никакого противоречия.

Т.Кузютина Ваши клоуны играют в жизнь или они играют в театр?

Ю.Кретов А я хотел бы увидеть, что же это такое. Скорей всего и то, и другое. Вопрос, при каких условиях будет складываться одно, и при каких условиях возникать другое.

Т.Кузютина Клоунада – жанр не режиссерский. Почему ваш театр на стадии клоунов впервые приглашает к себе режиссера?

Ю.Кретов Для того, чтобы включить закон игры, впустить внутрь себя. Любой режиссер организует. Организованное существо проще в себя впустит те особенности, или нюансы, жизни, которые существуют вне нас. Но если мы будем сразу впускать, скорей всего мы разорвем себя. Или не сможем организовать то, что мы впускаем. Поэтому режиссер как функция, человек театра, необходим, для того, чтобы мы нашли разницу между тем, во что мы играем: в театр или в жизнь. Скорее и то, и другое. А через что, это мы увидим. Три года назад, когда мы начинали примерять маски, я не понимал, как возможно быть клоуном, или статься им. Ведь все это может превратиться в дурашничество, или в некую странную форму какой-либо фальши. Сегодня я счастлив от того, к чему я пришел.

Т.Кузютина Вы были счастливы каждый раз, на каждой фазе вашего театра. В чем особенность нынешнего периода?

Ю.Кретов Клоуны ввели меня в социум совсем с другой стороны. Можно сказать даже: мы в социум вошли через черный ход.

Т.Кузютина В социуме как бы принято стремиться к духовным ценностям. А вы в своем театре стремитесь к социальной среде.

Ю.Кретов Накопления за много лет в Диклоне. Серьезные схемы всегда подвержены критике. Шутка или парадокс гораздо быстрее и проще принимается. И это не обсуждается. Этот путь гораздо более короткий. Клоун – это джокер, который принимает любую форму. Любой закон игры.

Т.Кузютина Вы вышли на то, о чем мечтали? Или вы вышли на что-то, что оказалось чрезвычайно интересным на данный момент?

Ю.Кретов Скорее и то, и другое. Мы все по жизни играем во что-то. Мы играем в свое отношение, мы играем в свое понимание. Мы подстраиваемся…

Т.Кузютина Тогда я поставлю вопрос иначе: что отличает художника от нехудожника?

Ю.Кретов Художественность. Человек, который искусно играет в жизни, становится образом, иногда срастается с этим образом. Какое количество жуликов, которые срастались и верили безупречно. Есть даже люди, которые показывают чистый лист, а он воспринимается как билет, и так далее. Это художественно. Но это художественно в связи. Потому что цель у него обмануть. Игра художника зафиксирована. А игра в социуме не фиксирована. Все время, каждый день, меняя эти законы. Когда мы выходим в интерактиве, мы играем в то, что предлагает момент социума. Именно момент социальный, «сейчас». Когда мы выходим к зрителю, мы уже договариваемся о предлагаемых обстоятельствах. Или договорились. Поэтому этот спектакль сродни театру. И поэтому мы существуем в двух ипостасях: и так, и так. В чем интереснее будет нам, пока я не решил. Время покажет.

к началу страницы